Ministries

«Западный вектор ЕАЭС: от противостояния к поиску конструктивных моделей партнёрства»: в оценках экспертов

Написал (ла) , 0 , Категории:

12 марта 2017 г. состолась он-лайн конференция «Западный вектор ЕАЭС: от противостояния к поиску конструктивных моделей партнёрства». Ученые из Казахстана, Турции, Великобритании, Индии, Румынии и России обсудили текущее состояние диалога Евразийского союза и Запада, а также предложили своё видение повышение качества данного диалога. В развитие затронутого сюжета IQ проинтервьюировал экспертов из России и Великобритании на предмет возможных основ для диалога ЕАЭС - Запад.

Организаторами мероприятия выступили Информационно-аналитический Центр «Евразия-Поволжье» (г. Саратов) ; Региональная общественная организация «Информационно-аналитический центр «ЕвроНорд» (г. Санкт-Петербург); Санкт-Петербургский государственный экономический университет, факульте международных отношений евразийского национального университета им. Л.Гумилёва (г.Астана). При информационной поддержке «Российско-Казахстанского экспертного IQ-Клуба».

В ходе экспертной встречи были обсуждена геоэкономическая привлекательность ЕАЭС для внешних партнеров, рассмотрены варианты перехода от конфронтационных практик диалога Запад-ЕАЭС к выработке новой конструктивной повестки. По результатам встречи IQ попросил экспертов ответить на ряд вопросов, в частности:

1.    Как Вы оцениваете состояние диалога ЕАЭС – Запад (условно единый: ЕС, США, Великобритания)?

2.    Какие факторы, как позитивные – так и негативные, по вашему мнению, в наибольшей степени способны оказать влияние на состояние вышеуказанного диалога?

3.    Существуют ли по Вашему мнению некие красные линии, непреодолимые факторы, лимитирующие диалог ЕАЭС – Запад?

Денис Алексеев (доцент кафедры внешней политики Института истории и международных отношении Саратовского государственного университета)

1.    В настоящее время можно констатировать, что диалог между ЕАЭС, как региональным экономическим объединением государств и «коллективным Западом» в том смысле который вкладывается в это определение – отсутствует. Все элементы диалога и сотрудничества сводятся к двустороннему или многостороннему межгосударственному формату без институционального участия ЕАЭС.


2. Вопрос взаимодействия между Западом и ЕАЭС (или признание ЕАЭС, как легитимного экономического партнера для западных региональных организаций или государств) лежит как в политической плоскости, так и в плоскости рационального выбора.  С одной стороны, напряженные политические отношения с Россией, безусловно, делают подобный диалог сложно реализуемым. С другой стороны, с точки зрения сегодняшнего Запада, сложно себе представить какая практическая экономическая выгода могла бы быть от подобного взаимодействия и диалога. Что особенного может дать институциональный диалог с ЕАЭС чего нельзя получить реализуя проекты напрямую с государствами входящими в него? Получив ответ на этот вопрос мы получим реальные основания для практической плоскости взаимодействия. Задача экспертов как раз и заключается в поиске ответа на него.


2. Препятствий на пути диалога ЕАЭС и Запада более чем достаточно. В первую очередь, это напряженные отношения Запада и России. Разные подходы к решению политических проблем и вопросов международной безопасности, принципов международного права и перспектив развития миропорядка в целом. Эти разногласия и будут определять степень взаимного доверия и стремление к сотрудничеству и на уровне ЕАЭС. Как только политические противоречия начнут сглаживаться и будут найдены компромиссы, сотрудничество на уровне региональных организаций также продемонстрирует положительную динамику.

Джеймс Пирс (эксперт-международник, PhD candidate in history at Anglia Ruskin University, Cambridge, UK)

1.              Надо признать, что сейчас это не та, дискуссия, что популярна на Западе. Британское правительство и Европейский союз не воспринимают ЕАЭС как серьезный экономический интеграционный блок. В таком случае о каком диалоге может идти речь, не говоря уже о его конструктивности?

2.              Во-первых, важно и необходимо наладить отношения с Россией. Россия – крупнейшая страна в Союзе (ЕАЭС) и крупнейшая экономика. Подозрительность ЕС и двойные стандарты британского правительства по поводу ЕАЭС являются следствием кризиса в отношениях с Россией в последние годы. Во-вторых, в этой ситуации следует уделять внимание более нейтральным сферам кооперации, как, например, культурные обмены. На практике простым европейцам элементарно не хватает информации о деятельности ЕАЭС и о тех странах, которые в него входят. В связи с этим представляется, что начинать налаживание отношений с Россией и ЕАЭС следует с уровня гражданской дипломатии, развивая образовательные обмены и деловые контакты.

3.              К сожалению, в качестве такой «красной линии» может выступить вероятное членство Украины и Грузии в ЕС, НАТО или ЕАЭС. Ни Запад, ни Россия не могут позволить Украине вступить в ЕАЭС или НАТО. Это является серьезным препятствием на пути создания более широкого экономического союза или, по крайней мере, более крупного торгового блока. Второй «красной линией» может быть трудовая миграция. ЕС и Великобритания не могут позволить себе еще больше увеличить потоки нелегальной миграции в свои страны, учитывая собственный политический климат.

Мария Лагутина (доцент кафедры мировой политики ФМО СПБГУ, Директор ИАЦ «ЕвроНорд», Ст.Петербург)

1.              Трудно оценивать то, чего, к сожалению, нет. Хотя, хотелось бы напомнить, что изначально целью появления ЕАЭС было именно создания равного (!) по форме и значимости партнера для ЕС, так как двусторонние связи по линии «национальное государство – ЕС» не доказали своей эффективности. В частности, в рамках сотрудничества Россия – ЕС было реализовано не так много общих проектов. Более того, все это укладывалось в концепцию «Большой Европы», или позже – «интеграции интеграций», от Лиссабона до Владивостока о которой мечтали представители европейского, а затем и российского экспертного сообщества. Однако, события начала 2000- х годов (например, расширение НАТО и ЕС на Восток), а затем и 2014 года сделали практически невозможным диалог между Россией и странами Запада и, как следствие, между ЕС и ЕАЭС.

2.              Осознание сторонами того факта, что если раскол в отношениях двух ключевых акторов евразийского пространства (ЕС и ЕАЭС) не наладятся, то в скором будущем оба могут потерять свою акторность и раствориться в китайской инициативе «Пояс и Путь». Для ЕАЭС на данном этапе принципиально важным также является работа по формированию своего позитивного имиджа и активная популяризация своей деятельности, как на территории стран-членов, так и за пределами интеграционного пространства.

3.              Боюсь, что это так называемый «украинский фактор». Наши западные коллеги все время подчеркивают, что пока не будет решен этот вопрос, диалога с Россией не будет. Но вот те решения, которые предлагает российская сторона их не устраивают. Диалог невозможно наладить даже на этом уровне. Хотя в последнее время мы наблюдаем постепенное возвращение желания ряда стран Запада наладить сотрудничество с Россией в так называемом секторе «мягкой силы». Видимо, нашим коллегам становится все более очевидно, что ряд вопросов мировой повестки дня невозможно решить без участия России.

Наталья Еремина (д.полит.н., к.и.н., доцент ФМО СПбГУ)

1.              Так называемый коллективный Запад не продемонстрировал готовность к диалогу с ЕАЭС, в то время как Россия и остальные страны-участницы ЕАЭС подтверждают идею многосторонней дипломатии, что необходимо для решения комплекса взаимосвязанных экономических задач. Поэтому ситуация в достаточной степени парадоксальна: страны Запада изначально не были готовы к равноправному диалогу с ЕАЭС, а страны ЕАЭС к нему призывают. Кроме того, сам ЕАЭС рассматривается представителями ЕС, США и др. как проекция российских внешнеполитических амбиций, что также не способствует диалогу, тем более в контексте набирающей обороты русофобии и санкционной политики в отношении России. Таким образом, негативное восприятие России странами Запада обрушивает возможности для диалога между ними и ЕАЭС.

2.              В настоящее время можно констатировать наличие диаметрально противоположных позиций у России и так называемого коллективного Запада. Они касаются архитектуры безопасности (евроатлантический вектор, сохраняемый странами Запада, или модель коллективной безопасности с евразийским стержнем, предлагаемая Россией); разного восприятия ряда крупных конфликтов (украинский кризис, ИГ и т.д.); отличающихся представлений о возможностях реализации идеи «Большой Евразии», которую отрицают в ЕС; относительного соперничества на постсоветском пространстве между странами Запада и Россией. Данные позиции в контексте трансформации международного порядка затрудняют возможности для полноценного диалога, тем более между ЕС и ЕАЭС. Последний проект европейские партнеры воспринимают как конкурирующий. Тем не менее, проблемы в области безопасности, которые страны Запада не смогут решить без России, позволят начать более предметный диалог, например, на платформе ШОС.

3.       Самый значимый здесь фактор, непреодолимый в течение ближайших 10 лет, - это разные геополитические стратегии стран Запада и стран ЕАЭС. В этих условиях любые внешнеполитические мероприятия России и развитие ЕАЭС будет восприниматься странами Запада как вызов им со стороны России. Особенно серьезно эксперты ЕС и США оценивают возможности роста ЕАЭС в случае сотрудничества стран группы с государствами БРИКС, в первую очередь, с Китаем и Индией.


Беседовал c экспертами  Аршинов Юрий (специально для IQ)