Ministries

Дмитрий Журавлев: «Лидер Казахстана проводит реформу не для того чтобы изменить свои полномочия, но с тем, чтобы в ситуации «после Назарбаева» система не развалилась»

Написал (ла) , 0 , Категории:

 

В специальном обращении, озвученном 25 января текущего года, президент Казахстана Нурсултан Назарбаев представил проект конституционной реформы, главный посыл которой – перераспределение полномочий между ветвями власти. По факту обнародования тема начала активно дискутироваться представителями экспертного сообщества. Причем не только внутри страны, но и за ее пределами.  Мнением о целесообразности «реконструкции» политической системы Казахстана в беседе с корреспондентом «IQ» поделился российский политолог, генеральный директор Института региональных проблем Дмитрий Журавлев.

 

- Дмитрий, проект конституционной реформы, предложенной казахстанским лидером, эксперты РК оценивают по-разному. Мнения звучат диаметрально противоположные. Многие говорят о некой «половинчатости» предлагаемых мер, об утрате ожиданий. Как вы восприняли инициативу?  

 

- В моем восприятии предлагаемая реформа – естественный ответ на усложнение системы. Системы устройства государства, общества, экономики и так далее. Жестко централизованная система управления очень эффективна в период бедности и при попытках выйти из бедности. Она позволяет аккумулировать ресурсы на важнейших направлениях, оперативно принимать решения, без излишних согласований. Но по мере усложнения системы, жесткая вертикаль начинает давать сбои, потому что количество необходимых к принятию решений  возрастает в геометрической прогрессии.

В связи с этим предложенная Н.Назарбаевым идея отвечает поставленной задаче децентрализации власти для повышения ее эффективности.

Сейчас вся система управления Казахстана – это вертикаль. Такой  столб, образно говоря, на вершине которого стоит президент. Но такого рода конструкции, как известно, не очень устойчивы. Устойчивость достигается балансом, когда несколько групп ограничивают эгоизм друг друга и тем самым стабилизируют систему, не позволяя никому во имя собственных частных интересов систему развалить.

В настоящее время эту проблему прекрасно решает сам Нурсултан Назарбаев. Но если воспринимать систему вне зависимости от субъективного фактора, то она, нужно признать, не слишком устойчива. Назарбаев это понимает и сознательно ведет дело к уменьшению президентских полномочий, создавая тем самым баланс властных ветвей: президентской и парламентско-правительственной.

Он идет в этом направлении очень далеко, потому что разделяет не только полномочия, но и сферы деятельности по довольно классической схеме: президент – это армия, безопасность, внешняя политика и стратегия; правительство – это экономика и социалка. При этом правительство подчинено парламенту.

 

- На ваш взгляд, в том воплощении, в котором сложился сегодня законодательный орган Казахстана, возможна передача ему каких-то серьезных полномочий? Многие отечественные эксперты весьма скептически настроены на этот счет. Эпитет «карманный» сопровождает образ парламента РК во всех его созывах…

 

- Да, я не впервые слышу подобные оценки. Но тут важно другое: предлагаемая конституционная реформа – реформа не на сегодня. Это реформа, скажем так, на вырост.

И еще один важный момент: партийное правительство, которое формируется победившей партией, партией парламентского большинства. Полная ответственность правительства перед парламентом – это полная ответственность правительства перед партийным большинством.

Полагаю, эта система станет эффективной после следующих парламентских выборов. Более эффективной. На начальном этапе ее эффективность будет проявляться в том, что не с каждой проблемой надо будет бежать к президенту. Хотя бы по некоторой части вопросов снизится плечо ответственности. И это уже лучше, чем жесткая вертикаль.

Но чтобы решить вторую задачу, задачу соотношения полномочий ветвей власти, конечно, придется не менять парламент, но переизбирать его на других принципах.

Ведь не секрет, что сегодня в Казахстане, чтобы войти в парламент необходимо заявить: я верен Назарбаеву. А нужно, чтобы требовалось сказать: я представляю такую-то партию, которая имеет определенный рейтинг доверия народа. Ответственность за страну не могут нести отдельные депутаты, они нигде в мире не несут ее. В любом случае, ответственность должна нести победившая партия, фракция.

Другой вопрос: насколько партийная система Казахстана, не парламентская, партийная, готова к этому? Здесь есть большие сложности. Но, как известно, нельзя кого-то научить плавать, если не допускать его в воду.

Подозреваю, что на этом пути «свободного плавания» будут сбои. Но когда партия будет понимать, что это ее правительство, и что переложить ей ответственность на президента уже не удастся, будь она хоть трижды партия Назарбаева, тогда депутаты будут по-иному подходить к назначению своих представителей на правительственные должности.

 

-  В связи с этим два вопроса: целесообразно ли в выборную систему РК вводить фактор мажоритарности, и прогнозируете ли вы еще одни внеочередные парламентские выборы в Казахстане по факту проведения конституционной реформы?

 

- Я не могу этого прогнозировать, «прогнозировать» это всерьез может только Н.Назарбаев. Но логично, что по факту изменения роли парламента нужны выборы.

Что касается фактора мажоритарности: в действительности партии тем сильнее, чем в большей степени «списочный» парламент.

Но! Вспомним английский опыт, а я подозреваю, что именно он лег в основу казахстанских идей: там за все отвечают партии, однако депутаты при этом – исключительно мажоритарии. Не существует даже понятия партийных списков.

Понимаю, что совмещение мажоритарной системы с партийной ответственностью существенно усложнит систему, но если эта сложная система заработает, она будет эффективнее, чем списочная.

Выборы по партийным спискам это, в конечном счете, голосование за лидера. То есть связь между депутатами и гражданами более длинная и неэффективная. Список в чистом виде, как у нас, так и у вас, полезен тогда, когда вы приучаете общество к роли партии, когда партию нужно возвысить, дать понять, что это не просто название, а некий реальный институт.

Но по мере того, как электорат привык к существованию партий, нужно переходить на мажоритарную систему, которая обеспечивает более тесную связь между парламентом и человеком. В такой системе люди понимают, за что они голосуют. Во всяком случае, должны понимать.

Голосуя за списки, вы голосуете, как это говорят у нас, в России, за «федеральную повестку» – за поддержку войны в Сирии либо против и так далее. Но когда вы голосуете по мажоритарке, вы голосуете за качество движения автобуса по вашему району. Это принципиально важно.

Безусловно, усиление мажоритарной составляющей создаст некоторые дополнительные усложняющие моменты системы, но, я считаю, что где-то в пределе – это хорошо! Потому что, повторюсь, система – на вырост. Как ваша Астана – город на вырост. И все сомнения сейчас должны быть не о том: ах, ребята, как же мы сегодня в этом «платье» будем ходить!

С другой стороны, если конституционная реформа проходит слишком часто, это тоже не есть хорошо. Поэтому, пусть будет на вырост…

 

- Как раз об этом мой следующий вопрос. В Казахстане за период независимости было уже несколько конституционных реформ. Поначалу в них обосновывались прерогативы сильной президентской власти. Затем столь же убедительно доказывалась необходимость делегирования некоторых полномочий парламенту, но де-факто мало что менялось.  Почему именно сейчас этот вопрос вновь появился в повестке?

 

- Прекрасный вопрос. Я бы на него ответил, даже если бы вы не спросили!

Начну издалека. Подобная реформа проходила во Франции в 1964 году. Потому что в отставку ушел Де Голль, и выстроенная под него президентская система потребовала перестройки, поскольку никто другой не мог, да и не хотел, нести на себе бремя широких полномочий.

Нурсултан Назарбаев отличается от Де Голля, и это его достоинство, тем, что он в действительности делает реформу не под себя. Все нынешние сомнения снимаются фактом: реально позиции Назарбаева не изменятся после проведения этой реформы, он все равно будет главным, и это понятно.

Лидер Казахстана проводит реформу не для того чтобы изменить свои полномочия, полномочия Назарбаева. Он проводит ее с тем, чтобы в ситуации «после Назарбаева» система не развалилась.

Мы с вами неоднократно говорили о том, что слишком многое сейчас завязано на действующего президента. И это главная проблема, которую предложенная реформа решает. В настоящее время вертикальная власть Назарбаева эффективнее баланса ветвей власти. Но без Назарбаева именно этот баланс  спасет систему…